June 9th, 2008

амигошляпа

Скучно читать историю, когда уже знаешь, чем она закончится, правда?

Такое вот кривое название получилось у второй истории про город, в который пришло море. Будет ли третья или пятая, не знаю. Как получится. На самом деле, всё, что я могу, это просто тупо записывать то, что плывёт у меня перед глазами, уже не ожидая ничьих слов, тем более, что люди, слова которых для меня важней, чем остальные, обычно всё равно молчат. Ну, и что?


Ольга сидела на дереве, болтала ногами (совсем по-детски, а ведь взрослая уже – 15 лет, но когда ноги так высоко, попробуй ими не болтай!) и смотрела на луну. Ну, «на дереве» - это громко сказано, на таком дереве кто хочешь усядется: два ствола от одного корня растут, и тот, что потоньше, изгибается, прямо как скамейка – упало, наверное, на него что-то, пригнуло к земле, с тех пор и остался такой кусочек ствола горизонтальный.
Раньше Ольга в этом лесу редко бывала: от города далековато, машины у матери нет, да и въезд сюда платный. А сейчас, когда дома затопило, временный лагерь здесь раскинули – не в глубине заповедника, конечно, а так, на опушке. Сорить нельзя – за каждую бумажку штраф, в чащу заходить нельзя – штраф, ветки ломать нельзя, грибы собирать нельзя… Может, и на деревьях сидеть тоже нельзя, но только кто ж увидит? Егеря по ночам спят обычно…
Вдали, километрах в трёх отсюда плескалось море, пришедшее в их город, странное море, когда-то мирно прятавшееся за восточной окраиной – порт, склады, а до первого настоящего пляжа час на электричке ехать нужно было. А сейчас оно разлеглось на площадях и улицах, укрыло дома до третьего-четвёртого этажа – школа, говорят, целиком под воду ушла, даже и не найдёшь, где стояла. Смешно: а ведь раньше мечтали о пожаре или наводнении – хоть бы что-нибудь, лишь бы в школу не идти!
Ольга вспомнила ночь наводнения: как металась по квартире мама, хватая то одну вещь, то другую, нервно шепча (хотя что шептать-то – никто ж не спит!): «Та-ак, магазин уже затопило, но до Шварцев пока не добралось, время есть, время есть…» - пока сама она аккуратно, шажок за шажком выводила бабушку Дону к чердачной лестнице – на крышу. А потом они ждали вертолёта и смотрели, как судорожно вспыхивают в последний раз и гаснут под водой уличные фонари – только те, что на старой площади, остались светить почему-то, говорят, они и сейчас светят, может, изоляция хорошая, или лампы какие-нибудь особые…
Вещи они успели спасти почти все – даже бабушкино кресло вытащили на крышу, но в вертолёт оно, конечно, не поместилось – так и стоит, наверное, накрытое синими портьерами, и чемоданы с постельным бельём и книгами – рядом. Жаль, конечно, что с собой только самое необходимое разрешили, но ведь когда-нибудь можно будет вернуться, достать, правда? Collapse )

окончание сейчас будет